Марракеш - город расположен в центральной части страны, в горах. Это сердце марокканского Востока. Сюда стремятся все, кто попадает в страну и хочет увидеть "настоящее Марокко". Это один из самых важных культурных центров Марокко, Марракеш - живая прежняя столица страны, которая знаменита своими рынками и фестивалями.

Марракеш был основан в 1062 году Юсуфом Ибн Ташфином (Youssef Ibn Tachfine), основателем династии Альморавидов. Очень быстро этот город стал важным коммерческим, культурным и религиозным центром всего Магреба, Андалусии и части Черной Африки. Марракеш видел правление четырех династий, причем каждый период наложил отпечаток на его облик.

Старинные узкие улицы города едва вмещают множество машин и туристов не только из других стран, но и из других областей Марокко, т.к. сами марокканцы никогда не упускают шанса побывать в Марракеше. Несмотря на обилие туристов, Марракеш не теряет своего очарования и сохраняет характер жизни, присущий ему на протяжении веков. В то же время, благодаря постоянному потоку визитеров, находится возможность поддерживать в хорошем состоянии величайшие памятники культуры Магреба.

Марракеш — одна из древних и загадочных столиц Марокко, расположенная у подножия Атласских гор, - в самом центре страны. Город равноудален как от Касабланки - примерно 3.5 часа езды, так и от Агадира. Несмотря на то, что Марракеш расположен не на побережье, сюда съезжаются туристы со всего мира именно с целью отдыха.

Старый город, Медина, окружен многокилометровой стеной. Его сердце — площадь Jemaa-еl-Fna — Джема-эль-Фна, занесена в список культурного наследия «Юнеско». Это настоящее средоточие марокканской экзотики: заклинатели змей играют на дудочках, уличные музыканты - на абсолютно неизвестных музыкальных инструментах, татуировщицы разукрашивают хной туристов, старцы-рассказчики повествуют свои истории всем желающим, поражают своим шоу глотатели огня, фоном звучат барабаны... Вечером площадь превращается в ресторан под открытым небом: варятся улитки в анисе, играет музыка, дымятся чаны с бараниной, повсюду подают сладкие финики огромных размеров, а жажду можно утолить свежевыжатым апельсиновым соком – напитком, без которого нельзя представить себе Марокко!

Какими только эпитетами не наделяли эту площадь в Марракеше: удивительная, мистическая, магическая, легендарная… Мы же хотели бы представить Вам ее таким определением, как: «витрина традиционного Марокко» (определение, к сожалению не нами придумано, но идеально отражает суть атмосферы царящей на ней!)

Веками эта уникальная и единственная в своем роде площадь была центром Mapракеша, его символом. Пространство, геометрия площади абсолютно не упорядочены, невысокие здания, окаймляющие ее, на крышах и верхних этажах которых бесчисленные ресторанчики и кафе, не смотрятся логичным и законченным ансамблем. Несмотря ни на что, именно площадь Джема-эль-Фна объявлена ЮНЕСКО частью Всемирного наследия – именно потому, что она «витрина традиционного Марокко».

Атмосфера площади шокирует и притягивает!.. А между тем прошлое у площади невеселое: в 10 в. здесь обезглавливали и преступников. Бывало, что за день казнили по 40 - 45 человек и их отрубленные головы развешивали на городских воротах!..

Современная Джема-эль-Фна – это оживленная атмосфера торга, купли и продажи утром и днем, и яркого, порой сюрреалистического действа вечером!

С наступлением сумерек Вы будите свидетелями представления под открытым небом, устроенного силами жителей Марокко и их талантов! Вокруг Вас кипит жизнь: слышен ритмичный стук бендиров (тамбуринов из козловой кожи со струнами внутри), и лязг трещоток - гарагаб – металлических костаньет, визуально похожих на распиленную вдоль сплющенную гантель (очень популярный инструмент у исполнителей трансовой музыки гануа и дакка); осязаются восхитительные запахи мяса на гриле, томящейся в чанах со специями баранины, и вареных в анисе улиток! Вы будите заворожено наблюдать за музыкантами, играющими на духовых инструментах, визуально напоминающими гобой – это гайта, конический инструмент, сделанный из древесины абрикоса и звучащей как-то особенно по-мароккански! Если посмотреть на площадь в вечернее время суток, то Вы увидите, что она состоит из множества людских кругов, где «зрелище» - в центре, а наблюдатели, поглотители «зрелища» стоят вокруг. Тематика «зрелищ» сколь разнообразна, столь и необычна!

Если Вы видите старца, сидящего на стуле, говорящего горячо и эмоционально, а слушают его речи преимущественно мужчины, то, скорее всего, перед Вами трактователь Корана, проще говоря – мудрец. Просто стоять рядом можно, но очень не долго, иначе реакция может быть самой неожиданной: если Вы не положили монетки в емкость для сбора оных, то старец может прервать свои речи, показав на Вас пальцем, тем самым приказав удалиться. Кстати, реакция слушающего народа не заставит себя ждать: на Вас будут шикать, махать руками и смотреть взглядом, могущим сдвинуть горы, дабы Вы удалились как можно скорее, - никто не любит перерывы в речи мудреца…

Довольно интересно, советую почитать

Из заметок бывалого туриста:

Совет: перед поездкой на площадь Джема-эль-Фна наменяйте как можно больше мелочи в отеле, или в банке. Для того, чтобы спокойно смотреть, и, тем более, снимать на фотокамеру или видеокамеру происходящее, Вам необходимо заплатить за это.
Продвигаясь далее, а в «хороший» вечер и пробираясь, Вы увидите, а точнее, услышите музыкантов братства Гнауа - потомков черных рабов, вывезенных из Гвинеи, Ганы и Мали, людей сильных, выносливых, служивших когда-то в дворцовой страже султанов. Интересна история объединения братства Гнауа: они составили братство, на основе почитания Биляля – чернокожего раба, которого пророк Мухаммед освободил в награду за исцеление своим пением его дочери – Фатимы. Отметим, что подражая Билялю, гнауа считают себя не только музыкантами, но и целителями, а их концерты трактуются как сеансы музыкальной терапии! В них соединяется культ святых в исламском фольклоре и предания Черной Африки… Недаром, надо признать, они так считают. Многие из тех, кто в самом начале ознакомления со страной Марокко изнутри, с настороженностью и неприятием прислушивался к непривычным уху европейца мотивам, в итоге, становился поклонников данного вида действительно трансовой музыки, увозя с собой из Марокко по нескольку дисков музыки в стиле гнауа! Это не только интересный для слуха процесс – выступление музыкантов гнауа, это и вполне зрелищное шоу – как изумительно высоко и легко, в процессе игры на инструментах, они подпрыгивают в полушпагате, и крутят, в такт отбиваемому ритму, кисточками на своих расшитых фесках!..

В очередном «круге» мы увидели изящную танцовщицу живота, в красивом одеянии, с густоподведенными глазами и вуалью на пол-лица, при ближайшем рассмотрении оказавшуюся… танцовщиком живота! Вот так! А мы – в Марокко… Вуаль и боевой окрас лица, как нам потом пояснили, для маскировки, разумеется! Чтобы в дневное время суток, никто не узнал в главе семейства «красотку», зарабатывающую на хлеб для домочадцев таким необычным образом. Наша фантазия разыгралась, уйдя в представление того, как супруга «красотки» собирает мужа на работу, но мы остановили себя…

В очередную толпу было не пробраться. Но только не для наших соотечественников! Очевидно - сыграл рефлекс: раз очередь, то дают что-то стоящее! Буквально через несколько секунд наша группа благополучно стояла лицом к лицу с темнокожим старичком с немного печальной улыбкой на, испещренном глубокими морщинами, лице. Перед пожилым марокканцем лежал видавший виды ковер, среднего размера, на котором угадывался красивый, но побитый временем рисунок, кое-где сохранивший первоначальные яркие цвета – оранжевый и травяной. На ковре стояли большие плоские глиняные тарелки, наполненные, на взгляд европейца, тем, из чего плетут, ставшие такими модными, «фенечки»: бусинами, перьями, ракушками и камешками разных размеров и цветов… Взгляд упал на емкости, в которых хранили предметы, явно не предназначенные для плетения этнических украшений: куриные (на наш взгляд) лапки; зубы, уж не знаем кого – животных или людей, и банки с травами, источающими резкий аромат, как в аптеке. Старец задал вопрос, инстинктивно обращаясь к человеку привычной для него внешности – к нашему гиду. Гид перевел: «У кого есть проблемы с личной жизнью?» Пауза… Кто-то из группы женским, разумеется, голосом попросил пояснить вопрос. Наш гид сформулировал: «Кто замуж хочет, но не может выйти? И у кого дети не получаются?» Оказалось, что миловидный старик - изготовитель оберегов и амулетов… В стеклянные колбочки, он складывал различные предметы с его «ковра-самобрана» в только ему известном порядке, в зависимости от проблемы, поставленной перед ним «страдальцем». Плотно закупоривал колбы сверху и выдавал сие «избавление» за умеренные деньги (от 20 до 40 дирхам) с рекомендацией носить при себе в сумочке до появления прогресса в жизненной ситуации. Аншлаг, я полагаю, превзошел все ожидания старца. Удивительно, как, находясь в атмосфере страны и ее этнических и культурных традиций, проникаешься местным колоритом и абсолютной верой в эффективность предлагаемых манипуляций, в погоне за «сбычей мечт»!.. Калейдоскопом воспринимали увиденное дальше: старца – гадателя по линиям на руке, у которого «на приеме» сидел марокканец средних лет в офисном современном одеянии, в костюме; с опаской оглянулись и не задержались рядом со старцем «зубадером», рядом с которым на коврике лежали страшного вида инструменты и гора, как мы понимаем, человеческих зубов. Понаблюдали за ловкой работой рук марокканки, раскрашивающей замысловатыми узорами шприцем (без иголки, разумеется) с хной, загорелую руку европейской туристки. А правее от входа на площадь уже открылись знаменитые палатки-ресторанчики, изобилующие заготовками мяса на шпажках, нарезанными овощами, луком посыпанным приправами, огромными чанами с мясом, улитками и супом, и, конечно же, огромным количеством апельсинов, ровно и фигурно уложенных на столах, готовых отдать свой чудесный сок за истинные копейки, утомившимся гуляющим по площади людям. Находясь на Джема-эль-Фна вы понимаете, почему о Марокко говорят, как о стране непохожей на другие страны исламского мира. Ни в одной исламской стране вы не найдете что-то хоть немного похожее на эту удивительную площадь, с ее атмосферой буффонады, и в то же время реалистичности происходящего, отсутствием ощущения будничности, консервативности и изумительным неутраченным колоритом – марокканским, - настоящим!.. Город Марракеш и его Джема-эль-Фна живут в едином ритме, жители города впускают нас, туристов, в свою жизнь, чтобы мы зарядились энергией Марокко, через легендарную площадь, которая как яркий, гипертрофированный сгусток истории, традиций, фольклора и творческого «я» помогает нам, благодарным путешественникам, принять частичку этой энергии и быть заряженными неповторимым Марокко еще на долгое время после окончания путешествия!

У меня есть видео о Маракеше постораюсь залить
мне нравиться там много стоит больших чанов с красками на огромной площади

Цвет Марракеша, в отличие от спокойного глиняного оттенка Феса, розовый, терракотовый, нежно-коралловый. Хотя это самое романтичное, что есть в городе. После неспешного Феса Марракеш кажется безумно активным. Это, конечно, иллюзия просто здесь больше туристов, и это рождает некоторый ажиотаж. Медина Марракеша огромный, бесконечный рынок "сук". У тех, кто уже адаптировался к местному колориту, может возникнуть подсознательное ощущение восточного мегаполиса. Честное слово, в первый же день углубившись в лабиринт марракешского базара, я без труда вышла обратно на рыночную площадь спустя всего три часа. Голова звенела и гудела от обилия информации, в глазах рябило от разноцветной керамики, джалаб, гор специй и сушеных фруктов. Бесконечные запутанные переходы торговых рядов затягивают, как наркотик.

Вообще, на ритм и стиль здешней жизни можно запросто "подсесть". Для некоторых европейцев он обладает ни с чем не сравнимым очарованием. Не случайно вчерашние туристы вовсю обзаводятся в Марокко собственной недвижимостью. Например, Ив Сен-Лоран и Пьер Берже купили в 80-е участок в центре Марракеша. С 1921 года здесь располагался "Сад Мажореля", французского художника и ученого-энтузиаста, любителя и собирателя местной флоры. Путешествуя по стране, куда он впервые попал, стремясь излечиться от туберкулеза, Жак Мажорель знаменит еще и тем, что расписал потолок наиболее знаменитого в Марокко отеля Матоипга. После смерти ученого в 1962 году сад пришел в запустение, и только новые владельцы из мира французской высокой моды восстановили его красоту. Виллу Сен-Лорана плохо видно даже в щель забора, а вот сад открыт для посетителей. Красота сочетания построек, беседок и фонтанов густого цвета индиго с роскошной субтропической растительностью, изумляет. В бывшей мастерской Мажореля в сердце сада сейчас располагается Музей исламского искусства.

В Марракеше трудно заблудиться еще и потому, что там практически отовсюду видна старинная мечеть Кутубия, неподалеку от которой и начинается центральная рыночная площадь Джема-эль-Фна. К популярному французскому кафе с террасой и открывающимся видом на площадь Brasserie du Glacier подъезжает такое количество туристических автобусов, что первый уровень буквально тонет в выхлопных газах и пыли. Но традиция выпить кофе или мятного чаю именно в этом месте превыше всего. С наступлением темноты площадь диковинно преображается. Главная сцена ночного города Джема-эль-Фна. Ее занимают предсказатели судьбы, рассказчики сказок и легенд, заклинатели змей, музыканты-гнауа (потомки чернокожих рабов из Сахары), танцоры, актеры, фокусники и акробаты. В сгущающейся темноте разгораются угли жаровень, на которых очень аккуратные повара в белых колпаках готовят кебаб, жареные овощи на решетке, картофель. Не стоит бояться еды на улице она ничем не отличается от ресторанной, разве что раз в десять дешевле. Если вы отказываетесь, вам настоятельно советуют запомнить номер стола и вернуться "на барбекю" попозже. Отяжеленные ужином, мы с любопытством пробираемся к движущейся при свете факелов группе: это шоу трансвеститов, отталкивающее и манящее одновременно. Кажется, что попадаешь в средневековье. Какие-то рыночные миракли, дикие и зловещие пляски, пир во время чумы. Мерзкий старик движется, как деревянная кукла. Рядом вертлявый юноша, переодетый девушкой. Увидев нацеленные на них фотокамеры, требуют денег. Так же поступают нищие и попрошайки.

Полным контрастом происходящему на рыночной площади оказывается самый шикарный марракешский отель Матоипга грандиозный, фешенебельный, любимый еще Черчиллем, Рузвельтом, де Голлем, Чаплиным и самой Марлен Дитрих, состоящий преимущественно из номеров "люкс" и переполненный в любое время года. Сады вокруг отеля простираются на несколько гектаров и напоминают райские кущи. Грейпфрут или апельсин, сорванный там, распространяет прямо-таки головокружительный аромат. Во время расцвета движения хиппи Марракеш, как впрочем и все Марокко, был своеобразной меккой "детей цветов". Доступность и легальность наркотиков и своеобразная, повергающая в транс арабо-африканская музыка пленяли и завораживали многих. Джимми Хендрикс так прикипел душой к Марокко, что обзавелся красивым домом на побережье и собирался докупить еще несколько километров пляжа, да не успел. Издавна американская музыка подпитывалась африканскими соками, и гремучая смесь Марокко была одним из излюбленных ингредиентов.

Этот сад был студией художника Жака Мажореля, который переехал жить в Марокко в 1919 году, для того, чтоб продолжить карьеру и вылечить туберкулез. Территорию, на которой сейчас расположен сад, художник приобрел в 1924 году и обосновал здесь свою студию.



Мажорель, как и Клод Моне, был увлечен коллекционированием растений, финансировал ботанические экспедиции, поддерживал деловые отношения с ботаниками всего мира, обменивался с ними редкими экземплярами. Из своих поездок он привозил североамериканские и мексиканские кактусы, азиатские лотосы, необыкновенные растения из Южной Африки.



После смерти Жака Мажореля в 1962 году, сад некоторое время был заброшен, а дом шел под снос. Но известный французский кутюрье Ив Сен-Лоран и его друг Пьер Берже в 1980 году выкупили территорию сада и взяли на себя заботу о его восстановлении и поддержании. Было потрачено немало сил и средств и на восстановление дома.



Старая студия художника была переделана под небольшой музей исламского искусства. Сейчас здесь можно видеть акварели Мажореля, посвященные природе и ландшафтам южного Марокко. Также здесь находятся частные коллекции Ив Сен-Лорана.

Сегодня сад Мажорель открыт для посещения туристов.



На входе посетителя встречают пышный фонтан и небольшая бамбуковая аллея с лавочками.



После 40-градусной жары Марракеша вы оказываетесь в тихом тенистом саду, где поют птицы, а цвета и краски радуют глаза.



Идея Жака Мажореля заключалась в том, чтобы выкрасить дом в ярко синий цвет, который бы резко контрастировал с пышной растительностью сада. Впоследствии, этот цвет назвали "Синий Мажорель".

Ив Cен- Лоран после смерти был похоронен на територии жарда Мажорель...